4. Томазий

4. Томазий
4. Томазий

Борьбу за освобождение юриспруденции из тенет богословия продолжил Христиан Томазий (1655—1728). Он был глубоко верующим и полагал, что в конечном счете всем в мире повелевает Бог. Вместе с тем он считал, что квинтэссенцию дарованного Богом естественного права составляет максима: поступай согласно гуманным требованиям человеческого общежития, воздерживайся от дурных, противоречащих им поступков — и это будет предпосылкой для реализации изначально присущего человеку стремления к счастью. По Томазию, эта максима коре-нилась в самой природе человека, что придавало естественному праву характер свода заповедей морали. По существу, не понадобился Бог и для сотворения государства. Оно возникло из договора в результате того, что на пути людей, не знавших частной собственности и жаждавших блаженной жизни, появились различные препоны. Устранить их и было призвано государство.

Томазий проводит различие между правом и моралью. Неразумие порождает беспрерывные столкновения между людьми, стремящимися к счастью. Эти коллизии нарушают внешний и внутренний мир человека. Предотвратить их можно двумя средствами: советом (он исходит от учителя) и приказанием (его дает государь). Совет убеждает, приказание принуждает. Специфический признак нормы права (акта государственной власти), отличающий эту норму от всех других правил, Томазий видит именно IJ ее принудительности, в возможности навязывания права физической силой. Не только способы осуществления, но и цели у нравственности и права разные. Первая обращена к отдельному человеку и воздействует на внутренний мир индивида; второе оберегает внешний мир и регулирует отношения между многими людьми. Томазий мораль ставит выше права: «Не может быть хорошим политиком (Politicus) тот, кто не является на деле настоящей нравственной личностью (Ethicus)». В конкретно-исторических условиях тогдашней Германии подобные афоризмы звучали достаточно дерзко и либерально.
Однако политические позиции Томазия не были последовательно демократическими. С издевкой называет он князей
«земными богами» и в то же самое время превозносит монархию, объявляя ее наилучшей формой государства. Вслед за Пу- фендорфом он отметает посягательства церкви и государства на духрвную свободу личности, горячо протестует против судебного преследования инаковерующих и инакомыслящих. Наряду с этим он же в угоду светским и духовным феодалам рекомендует высылать еретиков за пределы государства. Рассматривая нормы права прежде всего как адресованные государем своим подданным обязательные для исполнения приказы, Томазий одно-временно говорит и о согласии народа как о необходимой предпосылке самой княжеской власти и о праве народа бороться против допускаемых ею очевидных несправедливостей.
В отдаленнейшей перспективе столетий предвидел Томазий истинную человеческую общность, в которой без всяких помех воцарится полное счастье. Отмена частной собственности, подготовленная бесконечным моральным совершенствованием людей, распахнет, как казалось Томазию, двери в этот идеальный строй.


НАЗАД;
ВПЕРЕД

Ваш отзыв

Вы должны войти, чтобы оставлять комментарии.