17. Юрий Крижанич

17. Юрий Крижанич
17. Юрий Крижанич

Юрий Крижанич (1618—1683) родился в Хорватии, окончил Загребскую духовную семинарию, затем Венгерскую духовную хорватскую коллегию в Вене и Венгро-болгарскую коллегию в Болонье. С 1640 г. Крижанич проживал в Риме, где закончил греческий коллегиум св. Афанасия. В годы учения Крижанич овладевает знанием античных и современных западноевропейских языков, приобретает фундаментальную образованность в богословских и светских науках (философия, история, юриспруденция, математика, астрономия и др.). Его мечтой становится миссионерская деятельность в России в целях достижения содружества славянских народов под эгидой русского государства с единой униатской церковью. В 1659 г. он поступил на службу к русскому царю Алексею Михайловичу по Приказу Большого двора, а в 1661 г. по клеветническому доносу был сослан на жительство в Тобольск и в Москву возвратился только в 1676 г. — уже по распоряжению царя Федора Алексеевича. В 1678 г. навсегда оставил пределы русского государства.

Проживая в Москве, а затем в тобольской ссылке, Крижанич собрал большой и интересный материал о различных сторонах российской действительности, на основе которого он написал «Беседы о правительстве», известные в историографии как трактат «Политика». Знакомство с политическими порядками европейских стран позволило ему провести сравнительный анализ и спрогнозировать дальнейшее развитие России с учетом уже накопленного другими народами опыта государственно-правового строительства.
В «Политике» Крижанич рассмотрел большой круг проблем: экономических (промышленность, сельское хозяйство, торговля); социальных (организация сословного устройства общества) и политико-юридических (сущность, происхождение и назначение государства, классификация форм правления, соотношение справедливости, права и закона, судоустройство и судопроизводство, внешняя политика). Его анализ состоит из критических замечаний и позитивной программы, намечающей необходимые преобразования.
В «Политике» много внимания уделяется исследованию вопросов о происхождении государства, его целях и задачах.
Божественная сущность верховной власти является неоспоримой, ибо «все законные короли поставлены не сами собой, а Богом». Крижанич отстаивает положение о божественности персоны носителя верховной власти. «Король подобен некоему Богу на земле… »
Цель государства Крижанич определяет как достижение «общей пользы» для всех членов общества. «Долг короля обеспечить благочестие, справедливость, покой и изобилие… веру, суд, мир и дешевизну». Последние четыре вещи каждый король должен обеспечить своему народу, ибо для этого Бог и поставил его королем. Следуя Аристотелю, Крижанич делит все существующие формы правления на три правильные и три неправильные, последние — извращенные варианты первых. Три правильные: совершенное самовладство (абсолютная монархия); боярское правление и общевладство или посадское правление (республики). Самовладству (монархии) противостоит тирания; боярскому правлению (аристократии) — олигархия и общевладству (демократии) — анархия.
Наилучшей формой правления является «совершенное само- владство». Именно ее предпочитали «еллинские философы» и святые отцы, поскольку она наибольшим образом обеспечивает наличие справедливости, согласия в народе и сохранения покоя в стране. «Самовладство самое древнее на свете и самое крепкое правление». «Всякий истинный король является в своем королевстве вторым после Бога самовладцем и наместником». Таким представляется мыслителю правление «нашего царя, государя и великого князя Алексея Михайловича всея Великой и Малой и Белой Руси самодержца», которое «потому безмерно уважаемо, удачливо и счастливо, что в нем имеется совершенное самовладство».
Все управление государством должно быть сосредоточено в руках верховного правителя. От имени последнего Крижанич призывает: «Да не созывает никто без нашего указа никаких сеймов и сборов… Да не будет ни один город назначать своей властью никаких старост, ни управителей, ни начальников, а всех городских старост и судей должны назначать наши приказы».
Идеальная форма правления у Крижанича не сочетается с представительными органами, но значительное место отводится роли советников («думников») при короле. Думники должны быть умны, образованны и дальновидны. Особенно предостерегает Крижанич короля от опасности окружения трона льстецами, ибо их ложные и корыстные советы всегда ведут к бедам и даже погибели государства. Печально также и приближение к королю таких «думников», которые «политических и философских книг не ведают» и учатся только на своем опыте. Опыт же приобретается поздно и доступен только старцам, а книжная мудрость открывает многие секреты молодым. Королевские ошибки вредны, разорительны и гибельны для целых стран и народов.
На троне Крижанич предпочитает видеть короля-философа. Как и Симеон Полоцкий, он считает обязательным наличие у правителя знаний; хорошо также, когда знания есть у всего народа, ибо «мудрость создана Богом недаром, а для того, чтобы быть полезной людям». Королям она особенно необходима, так как они не имеют права учиться на собственных ошибках, которые чреваты последствиями не только для них самих, но и для всего народа, обычно расплачивающегося за их ошибки. Царя Алексея Михайловича мыслитель характеризует как мудрого и ученого человека и выражает надежду, что под «благородным правлением этого благочестивого царя и великого государя» Россия сможет отбросить «плесень древной дикости, научиться наукам, завести похвальные отношения и достичь счастливого состояния».
Крижанич выступает также с критикой ряда пороков в русской политической и социальной жизни. Он осуждает раболепие, свойственное «подданным всех чинов и сословий, называющим себя холопами великого государя», чем, несомненно, унижается их человеческое достоинство.
Термины «рабство» и «холопство» он обычно употребляет синонимично. Подобно современным емумыслителям, он различает два вида рабства: социальное (крепо-стничество) и политическое (подданство). Крижанич осуждает крепостное право, доказывая, что истинная свобода может быть только в такой стране, где каждый человек пользуется плодами своего труда и распоряжается своим имуществом. Из всех видов неволи мыслитель признавал только кабальное холопство, считая его добровольным выражением сознательной воли индивида.
Политическое рабство (подданство) Крижанич рассматривает как форму беспрекословного повиновения верховной власти, отмечая, что быть рабом царя и народа дело славное и представляет собой один из видов свободы, к тому же является долгом каждого гражданина и выражает честь, а не унижение.
Мыслитель уверен, что при «совершенном самовладстве» «все ошибки, недостатки и извращения» легко устраняемы. Он явно отдает предпочтение наследственной монархии. Наследование трона должно происходить «по отечеству» (т. е. переходить к старшему в роде сыну, который специально готовится к выполнению этой миссии). Следует запретить в законодательном порядке наследовать трон женщинам и чужестранцам, а также необходимо принять закон о том, что присяга, клятва и крестоцелование королю-чужестранцу во всех случаях будут считаться недействительными. Наследование предпочтительней выборов, от которых бывает много смут, злодеяний и обманов, поскольку многие недостойные люди хитростями добиваются власти. С выборами обычно связаны раздоры, заговоры и войны, скорее они годятся для «общевладства», а для «самовладст- ва» более пригодно наследование престола.
Абсолютный монарх должен быть просвещенным правителем, а не тираном. Тиранство Крижанич определяет как «людо- дерство» и со ссылками на Платона, Аристотеля и Цицерона дает обстоятельную критику тиранов и тиранических правлений. «Тиран — это разбойник… А на нашем языке тирана зовут людодерцем… тиранство — наихудший позор для королей». Тираническое правление определяется как господство, при котором правитель не заботится о благе народа (государство не достигает цели), преследует личные интересы, нарушает «природные» законы. Но покарать такого правителя может все-таки только Бог, а не люди. Божественная сущность власти не позволяет народу «проклинать короля хотя бы и несправедливого, никто не может наказать помазанника либо поднять на негоруку. Ибо король — помазанник и угодник Божий». Аргументацией отрицания права народа на восстание служит знаменитый библейский текст: «Не прикасайтесь к помазанным Моим» (1 Пар. 16, 22; Пс. 104, 15).
Крижанич рассматривает ряд гарантий, с помощью которых возможно предотвратить превращение «совершенного само- владства» в тиранию. Прежде всего, это наличие на троне монарха-философа, затем — принятие и соблюдение хороших законов, соответствующих божественным и «природным» (естественным) установлениям, ибо «благие законы лучше всего противостоят жажде власти», и, наконец, регламентация положения всех сословий и чинов государстве, согласно которой для каждого сословия будут определены обязанности в отношении ко всему обществу.
В духе органической теории государства он писал: «Как человеческое тело складывается из своих членов — головы, рук, ног и прочего, так и духовное, воображаемое тело государства». Перечисляя сословные группы в обществе, Крижанич называет его здоровые и больные члены. К привилегированным сословиям здоровой части общества он относит бояр, дворян и воинов; к черным людям — торговцев, ремесленников, земледельцев и холопов. К больным членам общества — еретиков, чужеземцев (таких, как перекупщики и наемники), расточителей (бездель-ники, игроки и пьяницы), лихоимцев и злодеев (воры, разбойники и т. д.). Бездельников, которые имеются во всех сословиях, Крижанич называл паразитами (хлебогубцами, лежаками и сарданапалами) и предлагал изгонять их из государства, а праздное житье запретить законами.
Бояре и дворяне вершат суд, занимаются управлением страной, ведут войны и берегут всеобщий покой. На них же возложены и посольские дела. Таким образом, они проводят дни и ночи в государственных заботах. Поэтому черные люди должны платить подати и кормить высшее сословие, а король и первые сословия, в свою очередь, обязаны заботиться о черных людях и процветании их промыслов, ибо там, «где развивается ремесло и торговля, там умножается население и растет богатство». Король всегда должен помнить, что если он чрезмерно увеличит подати, то ремесло и земледелие могут вовсе прекратиться. «Горе королям разбойникам!»
Сельских людей также нельзя «никоим образом притеснять и обижать и обременять работами без указа короля».
Благополучие страны — первая и главная забота правителя. Прежде всего, необходимо позаботиться о развитии промыслов и упорядочении торговли. Русское государство «широко и безмерно велико, однако оно со всех сторон закрыто для торговли». В стране мало «торжищ», а у торговцев мало привилегий, и они часто терпят убытки, состязаясь с иностранными купцами. Государству необходимо вмешаться и устранить эту несправедливость, так как не следует допускать невыгодную торговлю с другими странами. Например, для России невыгодным являет-ся вывоз «сырого материала». Следует самим научиться обрабатывать сырье и «готовые вещи продавать за рубеж». Некоторые наши товары являются национальным достоянием: лосиные шкуры, икра, мед, лен и т. п… Их надо так продавать чужеземцам, чтобы самим не лишиться, а чтобы было установлено какое-то определенное количество: сколько и какого товара можно каждый раз разрешить вывезти из страны…»
Государству также следует планировать распределение ремесел по городам с учетом природных условий: «…близости леса, льна, шерсти, железа и всяких материалов…» Необходимо проявлять всемерную заботу об использовании природных богатств, а в сельском хозяйстве «землю использовать так, чтобы… взять от нее плоды, какие она может только уродить».
Для обеспечения хозяйственного благополучия торгово-про-мышленным сословиям надо обладать умеренными «слободи- нами», а для этого городам необходимо дать известную самостоятельность в управлении своими делами. В них полезно было бы учредить органы городского самоуправления, состоящие частично из должностных лиц, назначаемых Приказами, а частично выбранных городским населением. Ремесленникам следует предоставить право «соединяться в свои дружины», а крестьянам — обеспечить свободу труда.
Такие «свободы», по мнению являются также гарантией против превращения монархии в тиранию и будут удерживать правителя «от худобных похотей».
Но предоставление «слободин» городам и сословиям не приводит к нарушению территориальной целостности государства. Для абсолютной монархии как формы правления наиболее подходящим является унитарное государственное устройство. В тех странах, где сохраняется «разсыпанность», часто возникают всякие «Делить государство глупость и грех… Раздел государства ведет не к величию и долголетию, а к гибели и кровопролитию. Разделы вредны как для правителей, так и для подданных».
Но главной и основной гарантией против тирании является наличие в государстве хороших законов и контроль за их исполнением. Если в государстве действуют хорошие законы, а сословия и чины знают свои права и обязанности, то «все подвластные довольны и чужеземцы хотят прийти в эту страну», а где «законы жестокие, там свои подданные жаждут перемены правления и часто изменяют, если могут… Каковы законы — таков и порядок вещей в государстве». Грабительские законы всегда и везде порождают непорядки.
Счастье подданных достигается тогда, когда имущество народа будет охраняться законом и судом, безопасность ратной силой, а мудрое правление обеспечит людям изобилие и дешевизну.
Тиранию от «совершенного самовладства» отличает прежде всего беззаконие. Так же, как и А. Курбский, Крижанич под термином «беззаконие» понимает и неисполнение законов, и создание жестоких и невыполнимых законов.
Справедливость у Крижанича тождественна закону: «закон получил наименование от справедливости». К деятельности законодателя Крижанич предъявляет серьезные требования. Для составления новых законов недостаточно знать все законы и обычаи своей страны, а необходимо также изучить законы «долговременных государств» (например, законы Солона, Ли- курга в древности и современные законы французских королей) и позаимствовать их опыт.
Все чиновники в своей деятельности должны строго следовать закону, иначе «будь король хоть архангелом, если слуги его не будут ограничены благими законами… нельзя помешать им чинить повсеместные и несчетные грабежи, обиды и всякое мародерство». Но сам монарх стоит над законом. «Король не подвластен никаким людским законам и никто не может осудить его или наказать… Две узды связывают короля и напоминают об его долге: это правда или заповедь Божия и стыд перед людьми». Король сам «живой закон» и «он не подвержен иным законам, кроме Божественного». И наконец, прямо и недвусмысленно: «Король выше всех человеческих законов».
Русские законы Крижанич считал чрезвычайно жестокими. «Из-за людодерских законов все европейские народы в один голос называют православное царство тиранским… И кроме того, говорят, что тиранство здесь наибольшее». Поэтому он всячески намекает на необходимость смягчения современного ему российского законодательства.
Коснулся Крижанич и вопросов, связанных с организацией правосудия. Интересно отметить, что при изложении этой темы он не избежал традиционных прибегнув к противопоставлению отрицательной практики в русском государстве с положительным примером, якобы существующим «в турецком царстве». Так, в качестве назидательного примера Крижанич рассказал, как «вывел» «неправедный» суд турецкий султан Баязет, у которого было множество мздоимных судей, и он даже намеревался собрать их всех в одном доме и сжечь, но ему отсоветовали, обратив внимание на ценность их профессиональной подготовки; тогда султан решил в целях искоренения порочной судебной практики положить всем судьям хорошее жалованье и тем самым извел мздоимство. «И с тех пор суды у турок судят лучше и праведнее, чем где-либо на свете». Эти рассуждения почти идентичны мыслям И. С. Пересветова, у которого турецкий султан также «всех судей своих изоброчил ис казны своим царевым жалованьем для того, чтобы не иску- шалися неправо судити».
Крижанич предлагает и некоторые меры по упорядочению судебной системы. Высшей судебной инстанцией должен быть Боярский суд, которому следует разрешать серьезные уголовные дела, а рассмотрение гражданских и мелких уголовных дел доверить какому-либо одному судье «из числа бояр». Приказные судьи назначаются царем или правительством. Судебные функции на местах он полагал возможным возложить на лиц, выбранных «из числа посадских людей», предоставив им самим «наказывать воров», но во главе такого суда должен быть судья из бояр. Небольшие дела могут решаться единолично судьей, а дела, требующие серьезного разбирательства, — всем составом суда. Городского голову, старосту и бояр, совершивших преступления, судят приказные судьи, назначенные государем.
Крижанич выступает также против преследования людей за одежду, курение, прическу (волосы, борода, усы), а также за игру на гуслях.
Предложения по судоустройству не носят конкретного характера, но некоторые представления о необходимости введения коллегиального состава суда, решающего все дела большинством голосов, безусловно, являются прогрессивными, как и положения о выборных судах на местах.
В определении курса внешней политики Крижанич придерживался традиционной для русской политической мысли ориентации. Он неоднократно настаивал на необходимости установления добрососедских отношений с окружающими странами. Правитель обязан «сохранять мир с мирными, никого не обижать, заключать союзы с себе подобными народами». Для государства всегда «важнее сохранять свое, нежели приобретать чужое». «Всякий король должен заботиться о мире и покое для своего народа». Крижанич не исключает возможности ведения справедливых войн в целях защиты независимости страны, поэтому он считает, что в государстве должно быть большое и сильное войско с хорошим и «многообразным» оружием. Воины служат за плату и обеспечиваются государством всем необходимым, а в военачальники назначаются люди, сведущие в военном деле и начитанные в военной истории. Причем на высшие военные должности «путь не закрыт» и для простых людей, способных показать себя достойными такой чести. «Ко-роль сделает его сперва полководцем или воеводой, а затем и боярином…»
Крижанич предлагает установить правила ведения справедливых войн. Войну не следует начинать без достаточных причин и «без объявления о ее причине через гонца». Ни при каких обстоятельствах нельзя задерживать или убивать послов. При формировании армии следует оказывать предпочтение национальному, а не наемному войску.
Вся сумма взглядов Крижанича рисует нам образ человека нового времени. Он живет и работает на рубеже веков, хорошо представляя себе не только пути, уже пройденные Россией, но и дальнейшие перспективы ее экономического и политического развития. В его «проспект-проектах», как отмечал В. О. Ключевский, уже «видны реформы Петра Великого».



Ваш отзыв

Вы должны войти, чтобы оставлять комментарии.